Путешествие по земле Инков. Перу 2014. Часть 9. Джунгли. Церемония Аяуаска.


20 марта 2014г.
Тяжко было вставать с утра — поспал всего лишь часа 4, но благо не проспал. Такси до аэропорта, и вот я жду начала регистрации. На стойках других авиакомпаний уже вовсю регистрируют, а моя, StarPeru, пустая. Кроме меня стоит ещё один пассажир, кореец, тоже ждёт. И больше никого. Почуяв неладное, иду на стойку информации, интересуюсь. Нет, ложная тревога, всё по плану, работники подойдут чуть позже. Смотрю, и народ начал подтягиваться. Идёт какой-то мужик со знакомым мне лицом. Ба! Да это же Антонио, Испанец из Гранады! Вот так сюрприз — не думал, что ещё раз встречу его здесь. Показал фотку, похвастался — он жил в хостеле в номере с четырьмя красивыми девушками. Всю ночь, говорит, гуляли — не спал ни минуты. Везёт с собой то ли разобранный велосипед, то ли какую-то его часть, не понял до конца. После регистрации сходили с ним в кафе, позавтракали, поболтали. он собирается в городок у океана, рядом с Лимой. Пляжи, говорит, понравились здесь очень, будет гулять ещё 4-5 дней, а потом и домой.

Я почему-то думал, что гражданская авиация в Перу чем-то отличается от обычной — ну там, местный колорит, индейцы с ламами и курами в проходах. Шучу, конечно, но какое-то отличие я ждал. Нет, всё как обычно, стандартно. Мне достался первый ряд — класс, можно ноги вытянуть. За тот час с хвостиком, что мы летели, нас даже успели покормить чуть-чуть. Прилетели в Лиму, у ленты выдачи багажа дождался Антонио, проводил его до выхода из аэропорта. Он отправился покорять пляжи, а у меня через 2 часа перелёт до Тарапото. Посидел немного, объявили посадку, мы погрузились в самолёт и полетели.
Очень необычно было приземляться в джунглях или как её здесь называют — в сельве. Самолёт летит дальше до Икитоса, поэтому из самолёта выходит только малая часть пассажиров. При выходе сразу обдало жаром — здесь очень-очень жарко и душно. Я ни разу в джунглях не был, и даже не знал, чего ожидать. Слышал про жутких москитов, которые могут закусать до смерти, а остальные познания были, пожалуй, из фильмов, где главный герой ходит по джунглям, размахивая мачете и сражаясь с тиграми, воинственными индейцами и прочими чужими. Пока что кроме жары и внешнего вида, никаких других признаков джунглей из кино не было. Получил багаж и вышел на улицу, где меня встретил Йими. Сейчас, говорит, подожди здесь минутку, а я на мотоцикле подъеду. Было бы забавно ехать, если бы у меня чемодан был большой. А так сели на мотик, доехали до офиса, скинул там сумку с сувенирами, оставив себе только рюкзак с основными вещами. Йими вкратце расказал о церемонии Аяуаска, из чего она делается, для чего нужна. Он сказал: «Помни, что это в первую очередь не наркотик, а лекарственное средство». Я заплатил за всё и мы двинули в путь. Для начала доехали на моторикше до стоянки машин. Там сели в машину с тремя местными жителями, и около часа по извилистым, иногда наполовину засыпанным оползнями с гор дорогам добирались до стоянки лодок. Да, я слышал, что порой дороги в горных районах Перу заваливает камнями и почвой, сошедшей с гор, и теперь воочию в этом убедился. В некоторых местах заблаговременно стоят бульдозеры, готовые всё расчистить, где-то расчистка уже вовсю шла, где-то был расчищен проезд только для одной машины, остальное завалено камнями. И так неспеша (хотя это не совсем правда — гнал водитель так, как гоняют у нас на юге джигиты по горным серпантинам) мы добрались до деревеньки Часута, стоявшей на реке — такой типичной (опять же, из фильмов) реке джунглей, с грязной коричневой водой и лесом по берегам. Погрузились в длинную лодку с мотором и за 130р с человека добрались до места назначения… Откуда надо было ещё идти пешком через джунгли. Отравленные копья индейцев пока что не летали, москиты не нападали. Только жарко было очень. Мы шли по тропинкам в джунглях, я иногда выпадал из реальности, думая, что это не я сейчас тут нахожусь, не я сейчас иду чёрт знает где, чёрт знает зачем. И вот мы пришли… к речке, которую надо было перейти по камням на другую сторону. «Может, снимешь ботинки?», — спросил Йими. И потом так быстро и ловко прошёл на другую сторону, взяв мой рюкзак. Я сделал пару шагов и чуть не свалился в воду — камни, покрытые мхом, были очень скользкие. Ну да ладно, максимум, что случится — это искупаюсь в реке. И вот, иногда ступая на камни, иногда по колено в воде, с помощью Йими я перебрался на другую сторону. Дальше уже шли босиком. И в очередной раз, касаясь ступнями земли, я думал: как же здорово ходить босиком по земле! Через 5 минут мы пришли ко второму переходу по камням, Йими смотрел на меня, улыбаясь. Бьен? Ага, бьен-бьен, полезли. И снова с божьей помощью и с помощью Йими я перебрался на другой берег. «Ещё будут?», — спросил я. «Неа, хватит», — ответил Йими, улыбаясь. Я потом спросил у него, падал ли он хоть раз в воду — говорит, что не падал.
И вот мы входим в небольшое поселение, где я проведу ближайшие два дня — домики из дерева в глубине джунглей на берегу реки. Ни электричества, ни сотовой связи — красота! Йими проводит небольшую экскурсию, знакомит с Винстоном — шаманом, который будет проводить церемонию. Ему сейчас делают массаж, и всё, что он сейчас может сделать — это только поздороваться. Далее я заселяюсь в свой «номер» — небольшая комнатушка с табуреткой и кроватью, накрытой антимоскитной сеткой. «Сходи, искупайся, — советует Йими, — только сначала выпей одну штуку». И человек по имени Сегундо приносит мне какой-то пряный напиток, который я запиваю водой. Сегундо в переводе с испанского — это «второй» или «секунда», но вероятно, в этом случае значение первое, хотя я не спрашивал. Выпив этот напиток, который служит подготовкой к церемонии, я иду купаться в реке. Вода там чистая, течение не очень быстрое — просто класс! И как же здорово искупаться в такой немного прохладной воде! Пока стояли и разговаривали с Йими, я увидел каких-то мелких мошек, которые не особо сильно, но ощутимо покусывали открытые части тела. Это и есть москиты? Йими ответил утвердительно. Не так уж и страшно оказалось. Немного освежившись, прогулялся вдоль речки, потом пошёл в комнату, переоделся и Йими сказал идти в беседку для церемонии.
Всё действо проходило в большой круглой беседке, подобной той, какие были в советских пионерлагерях. По кругу расположены 12 матрасов, один из которых занял я. Только посидев пару минут, я заметил, что кроме меня здесь уже сидит один человек — уже смеркалось и видны были тольк очертания. Постепенно приходили люди, и вскоре все места были заняты. Потом пришёл Сегундо и зажёг свечу посередине. Я не знаю, сколько времени прошло с моего прихода сюда, по ощущениям, около двух часов, пока, наконец, не пришёл Винстон. Он начал церемонию, играл на национальных музыкальных инструментах и пел. А потом к каждому по очереди подходило Сегундо и приносил в рюмке Аяуаску. Сама Аяуаска, как я уже писал — это смесь двух лечебных трав, одна из которых имеет галюциногенный эффект. Ну а более подробное описание каждый может в интернете найти. Это средство чистит тело и позволяет заглянуть туда, куда в обычном состоянии заглянуть сложно или даже нереально, зависит от твоей личной готовности.
Я знал, что после приёма Аяуаски через какое-то время будет тошнить — это неизбежно, и потому сбоку рядом с каждым матрасом стоял специальный горшок для этого. Винстон сказал, что через час Аяуаска начнёт действовать, и Сегундо погасил свечу. Мы все сидели молча в полнейшей темноте. И темнота была действительно полнейшая — не было видно вообще ничего, даже свою собственную руку, если поднести её к лицу. Так мы сидели час, пока я не услышал, что девушку справа вырвало. Я прислушивался к своим ощущениям, но пока что ничего, кроме усталости от раннего подъёма и длинной дороги, не ощущал. Винстон играл на инструментах, потом стал петь песни. На меня накатывали волны усталости. Наконец я понял, что наступило действие Аяуаски: по телу прошла волна тошноты и чего-то такого, что мне сложно описать словами. В голове возникали какие-то картины, расплывшиеся лица, ощущение и видение того, как мне в кровь будто бы впрыскивают чернила. Я испытывал раздражение, злость и вместе с тем чувствовал, как это всё уходит из меня, буквально видел образы того, как это уходит. Меня стало тошнить. После чего стало легче, но я был измождён. Я лёг и смотрел в темноту, порой видя странные образы, которые я никак не мог интерпретировать. Винстон периодически пел песни. Потом он по очереди стал звать людей, спрашивая, не надо ли им ещё Аяуаски. Когда он сказал «амиго русо», я не ответил. Тогда он подошёл, спросил, всё ли в порядке и предложил ещё. Мне не очень хотелось, но я подумал, что может быть для нужного эффекта стоит попробовать немного ещё и согласился. Потом, видимо, сказалась усталость и меня стало вырубать. Я видел странные образы, половину которых сейчас и не помню, слышал пение Винстона, которое возвращает меня к реальности, и меня жутко мутило. Потом меня снова стошнило. А потом ещё. Так я и лежал, периодически вырубаясь, потом снова возвращаясь в реальность, затем ещё и ещё. Я слышал, как уходил Винстон, попрощавшись со всеми. Слышал, как понемногу начали разбредаться люди, один за одним. Но у меня не было сил подняться и я просто лежал. Наконец, абсолютно измождённый, я побрёл к себе в комнату. Вроде бы начало светать, по крайней мере фонарик мне не понадобился. Хотелось пить, но я не знал, где находится питьевая вода, да и желание прилечь было сильнее. Вообще, опытные люди предусмотрительно взяли с собой на церемонию бутылку с водой, чего я сделать не догадался. Вкус у Аяуаски довольно специфический, как концентрированная трава с добавлением табака. И привкус во рту держался, наверное, дня два-три. Еле-еле я спустился с горки, на которой стояла беседка, дошёл до комнаты и уснул.

21 марта 2014г.
Я проснулся и совершенно не понимал, сколько сейчас времени. Впрочем, мне было всё равно — я оказался крайне прозорлив в плане того, что решил провести этот день здесь. Поэтому я спал, спал и спал. Когда, наконец, решил достать телефон, чтобы взглянуть на часы, то ожидал увидеть там часов 6 вечера. Но было 11 утра. Поэтому поспал ещё час, пока не пришёл Сегундо и позвал меня обедать. Обед был очень простой: варёный рис и гороховая каша. Впрочем, с голожухи это пошло на ура. Со мной обедал только один человек. Остальные, видимо, на спецдиете. Сегундо спросил меня про церемонию, и я даже не знал, что ему и сказать. Сказал только, что был измождён, но мне показалось, что его это даже удивило как-то. Он ответил, что в следующий раз перед церемонией мне надо хорошенько выспаться и отдохнуть. Да, наверное, так и есть: ведь в тот день я спал немного, а потом летал и всячески перемещался по земле и воде. Да я бы с удовольствием прошёл церемонию сегодня, но Винстон сегодня в город уехал на несколько дней, а после этого я бы уже не успел.
После обеда я снова искупался в прохладной речке и по совету Сегундо пошёл поваляться в гамаке на втором этаже домика, где жил. Полежал минут 5, полистал журнал с фотографиями и снова уснул. Встал я уже к ужину — к рису и гороху прибавился ещё варёный банан — крайне невкусно, но всё равно наелся. После ужина я… да да, опять отправился спать. Так и прошёл мой день в джунглях. Зато отдохнул.

22 марта 2014г.
На этот раз я даже проснулся к завтраку. И завтракал опять с тем же парнем, что и вчера. Из еды были те же хлеб, масло и джем. Потом побродил вдоль речки, повалялся в кровати. Выход намечен на 12 дня. Я так рассчитал с запасом, чтобы успеть в аэропорт к вылету в 19:30. В 12 я подошёл к Сегундо и Марте (его жене), но они сказали: «Сначала пообедай, а потом уже и пойдём. Не волнуйся, везде успеешь». Пообедали и пошли. Я уже внутренне подготовился снова перелезать по камням через реку, но прямо перед рекой Сегундо, провожавший меня, вдруг пошёл по другой тропинке. Ах, Йими, вот же засранец какой! Вот почему он так хитро смотрел на меня и улыбался. Да, Йими, бьен, муй бьен! Но, честно признаться, мне понравилось. Впрочем, пришли мы с Сегундо не на то же место, куда причалили позавчера, а немного поближе к Часуте. Там в таких же шалашах, что и у Винстона, жила семья аборигенов. Они здесь все в джунглях, похоже, живут подобным образом. У них как раз был обед, и к нему мужики специально привезли на лодке какую-то прозрачную жидкость в пол-литровой бутылке — видимо, самогон местный. Предлагали и мне, но я отказался. Да да, смеялись они между собой, слишком крепко для гринго. Ну да, ребята, знали бы вы… Оказывается, ждали мы не окончания обеда, а совершенно других обдей, которые неподалёку собирали бананы и плоды какао. Тут у них способ заработка такой: продают бананы и какао скупщикам, а не уже оптом сдают их дальше. Так вот, дождались семейство во главе с отцом, Сегундо его проинструктировал по поводу того, что надо сказать водителю машины в Часуте, я погрузился в лодку и мы поплыли. Здорово плыть в джунглях по реке — очень уж необычная обстановка, чувствуешь себя каким-то Индианой Джонсом. Минут через 15 причалили к какой-то мини-деревушке: пара домов с местными жителями. «Выгружайся, — говорит отец семейства, — минут 10-15 тут простоим». Оказывается, здесь они продавали бананы и какао скупщику. А я пока с местным дедком пообщался. Он, узнав, что я из России, сразу оживился, Советский Союз вспомнил, оружие наше, которое Перу у нас покупает, Америку опять же. «А может ли, — спрашивает он меня, — перуанский парень на русском девушке жениться?» Да почему бы и нет, говорю. «А ты, спрашивает он, — как тут с девушками?» И не дожидаясь ответа продолжает: «Давай давай, пошпиль тут перуаночку!» И на всякий случай жестами подкрепляет и ржёт. Да да, смеюсь, обязательно пошпилю.
С таким весёлым разговором время прошло быстро, дедок ещё интересовался, какие животные у нас в России водятся, на кого мы охотимся — это у них тут ещё один промысел, видел народ с ружьями — такие индейцы, вылезшие из джунглей, прямо как в фильмах показывают. Вернулся отец семейства, мы подобрали ещё троих местных мальчишек и поплыли дальше. Судя по тому, что мальчишки были цивильно одеты и имели с собой рюкзаки, плыли они в школу. Минут 40, и мы уже приближаемся к Часуте. Внезапно пошёл дождь, довольно сильный. Отец семейства мне первому предложил дождевик — гость же. Но тут я был во всеоружии: достал себе куртку, потом дождевик, который отдал местным, и ещё чехол для рюкзака, который тоже послужил дождевиком паре сеньорит. Этим поступком немедленно заслужил доверие и одобрение местных, которые в разы дружелюбнее стали на меня смотреть.
Наконец причалили и стали ждать, пока наберётся народ в машину до Тарапото. Время уже почти 4 часа дня, и я опять подумал, что очень правильно заложил на дорогу намного больше времени — очень у них тут всё неспешно, люди никуда не торопятся, не паникуют. И я тоже не паниковал, благодаря такому запасу времени. Наконец, подъехала машина уже с пассажирами, я прыгнул туда и мы по извилистым дорогам, объезжая съехавшие с гор камни и глину, поехали до Тарапото. Эти оползни — ещё одна из причин, по которой я выехал настолько заранее. Мало ли, подумал я, сползёт большой кусок, и будем ждать пару часов, пока не приедет бульдозер и не расчистит его. Но нет, всё прошло удачно и вскоре я уже подъехал к дому Винстона — водитель был проинструктирован и знал, где меня надо высадить. В доме я встретил и Йими, и Винстона, поговорил с ним немного, подарил подарок — у него сын недавно родился, и я ему купил льняную рубашку такую русскую народную. А он мне в ответ подарил настой из трав для умывания. Спасибо тебе, Винстон! Надеюсь, в следующий раз мы пообщаемся более основательно.
Йими на мотоцикле отвёз меня в аэропорт. До вылета полтора часа — время рассчитано просто отлично, я — молодец. Попил кофе в аэропортовом кафетерии, где встретил соотечественников. Но, почему-то, не очень захотелось подходить к ним с весёлыми возгласами типа: «О, ребята, а я тоже из России!» А потом рассказы о том, куда ездил и куда ездили они. Видимо, просто не настроен я был разговаривать сейчас. Поэтому я просто тихо мирно жопил кофе и пошёл грузиться в самолёт.








Запись опубликована в Среда, 30 Апр 2014 в 20:17, рубрика: Peru 2014.
Вы можете подписаться на RSS 2.0 или оставить trackback.

Комментарий будет первым.

Комментировать